Обычно в 65 лет жизнь становится спокойнее. Человеку хочется жить тихими утрами, ухаживать за садом, беспокоиться о внуках и шутить, а не начинать всё с нуля. Но в моей жизни эта надежда однажды разбилась вдребезги, когда моя жена, не сказав ни слова, не посоветовавшись, не рассчитавшись, пошла в детский дом и забрала ребёнка.

Я до сих пор не могу забыть тот момент, когда она вошла в дом с этим малышом на руках. Её глаза горели странной верой, которую я тогда просто не понимал. Я сказал:
«Ладно, это ребёнок, это жалко, но мы… как мы будем о ней заботиться? Я не могу работать так, как в 30–40 лет. Это мой возраст, моё здоровье».

Она лишь улыбнулась и сказала: «Мы люди, мы позаботимся о ней».

И в этот момент я понял, что судьба всей моей жизни решилась без меня. Человек может многое вынести, но взять на себя такую ​​ответственность в 65 лет – это совсем другое дело.

Я не говорю, что не люблю ребёнка. Сердце человека не каменное. Особенно когда он смотрит на тебя такими глазами, что кажется, будто весь мир заключен в этом взгляде. Но реальность остаётся реальностью. Воспитание ребёнка – это долг, а не просто сочувствие.

Я больше не могу работать, как раньше. К тому же, у меня есть болезни, которые не дают мне покоя уже много лет. Раны, давление, артрит – всё это говорило мне, что пора жить спокойно. Но теперь, кажется, я попал в новую среду, где всё начнётся с нуля.

Когда я пытаюсь объяснить жене, что такое решение не принимается исключительно на эмоциях, она расстраивается. Она говорит:
«Если не мы, то кто? Мы спасём хотя бы одну детскую жизнь».

А я молчу. Потому что как можно бороться с человеком, который верит, что его действия – спасение? Но бремя этого самого спасения ложится на наши плечи.

Иногда я думаю, что хотя бы раз ему стоило бы сесть и посчитать: кто за последние 20 лет работал, кто содержал дом, кто прошёл через трудности, болезни, долги. Я была там. Я, без жалоб, без слов.

А теперь, в этом возрасте, мне говорят: давай, начни всё сначала.

Так с чего же мне начать? С какой силой?

Я не хочу никого обидеть, но не понимаю, почему некоторые люди даже в этом возрасте не усваивают одну простую вещь: семья – это дело двоих, а не решение одного. Если сегодня нам приходится работать ради ребёнка, заботиться о нём, плакать, ходить в больницу – всё это ложится не только на сердце. На плечи.

А я столько вынесла на этих плечах.

Иногда я думаю: может быть, он поступил правильно. Может быть, этот ребёнок действительно спасёт наш дом от тишины, пустоты, одиночества. Но с другой стороны – суровый и жестокий расчёт повседневной жизни.

Мне 65 лет. У меня нет силы на пару, как воображает моя жена.

А по ночам, когда ребёнок спит, и она тоже, я сижу на тёмной кухне и думаю:
«Смогу ли я выстоять во всём этом?»

Иногда жизнь принимает решения, не спрашивая нас.
И мы остаёмся перед ней, со своим возрастом, своей болью и последними силами.