Слова Гаяне Аслмазян тронули сердца: она рассказала, почему тоскует по голодному, но мирному Еревану
Когда Гаяне Аслмазян спросили, что ей больше всего не хватает в сегодняшнем Ереване, она задумалась, потом тихо сказала:

«Я скучаю по тому голодному Еревану, где у людей не было денег, но было сердце. Мы были бедны, но спокойны. Тогда город дышал человечностью».
Эти слова быстро разошлись по соцсетям. Многие писали, что Гаяне произнесла то, о чём давно думают, но не решаются сказать вслух.
Когда было бедно, но светло
Гаяне вспоминает 90-е — холод, очереди, отключения света, мрак и свечи. Но, по её словам, в том времени было то, чего сейчас не хватает — душевное тепло и единство.
«Мы были голодны, но счастливы. Соседи помогали друг другу, делились посл

едним куском хлеба. Сегодня вокруг изобилие — но меньше доброты. Люди стали богаче, но холоднее», — говорит она.
Она вспоминает, как мать грела воду на маленькой плитке, а соседи собирались на чай при свете свечи. «Мы не имели ничего, но чувствовали, что живём. Это было настоящее счастье — не внешнее, а внутреннее».
Ушедший мир
Сегодняшний Ереван — другой. Город стал ярким, быстрым, многолюдным. Но вместе с блеском,

считает Гаяне, ушло что-то важное.

«Люди боятся смотреть друг другу в глаза. Мы перестали разговаривать, заменили слова на лайки. Мы меряем успех деньгами, а не теплотой. А ведь когда-то всё было наоборот», — говорит она.
Она рассказывает, что в её детском дворе теперь вместо качелей — парковка, вместо голосов детей — шум машин. «Когда я прохожу по этим улицам, у меня чувство, будто город стал чужим. Тогда Ереван был домом, а теперь стал витриной».
Ностальгия, которая болит
Слова Гаяне вызвали бурную реакцию. Люди писали, что чувствуют то же самое:
«Да, тот Ереван был бедным, но честным. Тогда никто не притворялся. Люди были ближе, дружба — настоящей, а радость — простой».

Социологи объясняют, что подобная ностальгия естественна: общество стало богаче, но человеческие связи ослабли. Материальные достижения не заменили ощущение внутреннего мира.
Город, которого больше нет
Ереван сегодня сверкает вывесками и огнями, но, по словам Гаяне, в нём стало меньше тишины. «Раньше шум исходил от детских голосов, теперь — от сигналов машин. Мы живём быстрее, но не глубже».
Она признаётся:
«Я скучаю по тому городу, где было трудно, но спокойно. Где люди верили друг другу, где бедность не стыдила, а доброта ценилась выше всего».
Итог
Гаяне не обвиняет и не жалуется. Она просто говорит о том, что чувствуют тысячи людей:
мы все скучаем по тому старому Еревану — бедному, но настоящему, голодному, но мирному, где в людях было больше света, чем в окнах домов.