Сын попытался убить отца: наконец стало известно, что стояло за этим поступком

Эта история началась обычным вечером, который ничем не отличался от сотен предыдущих. Маленький частный дом на окраине посёлка уже тонул в полумраке, когда соседи услышали странный грохот, будто что-то тяжёлое упало на пол, а затем — крик, который разорвал тишину. Сначала никто не понял, откуда он раздаётся, но спустя секунды стало ясно: звук доносился из дома семьи Арутюнян, людей тихих, незаметных, никогда не привлекающих к себе внимание.

Когда соседи бросились к дому, дверь уже была открыта. На пороге стоял мужчина — бледный, пошатывающийся, с безумным взглядом. Это был отец, Геворг, 56-летний водитель, всю жизнь работавший на стройках и редко позволяющий себе отдых. Его рубашка была порвана на груди, а на шее виднелись глубокие следы от пальцев. Он едва выговаривал слова, но одно повторял снова и снова:

«Ինձ սպանելու էր… он хотел меня убить… мой собственный сын…»

Полицейские, прибывшие через несколько минут, обнаружили в доме 24-летнего Артёма — сына Геворга. Тот сидел на полу, прижавшись спиной к стене, и тяжело дышал, не поднимая глаз. Его руки дрожали, на пальцах — следы крови. Но ещё страшнее была полная пустота в его взгляде, будто он не до конца осознавал, что произошло.

Сначала казалось, что это просто очередная трагедия на почве бытового конфликта. Но когда следователи начали устанавливать подробности, стало ясно — всё куда глубже и страшнее.

Годы напряжения, о которых никто не знал

Соседи говорили, что семья всегда была замкнутой. Отец — строгий, почти суровый, сын — тихий, покорный. Никто никогда не слышал криков из дома, никто не видел ссор. Но в последние месяцы, как выяснилось позже, всё изменилось.

Артём потерял работу. Он отказывался выходить из дома, жил ночами, спал днём, часами сидел за закрытой дверью своей комнаты. Мать ушла несколько лет назад, и мальчик так и не смог смириться с этим. Геворог пытался поддерживать сына, но делал это единственным знакомым ему способом — жёстко, строго, требовательно.

«Соберись. Мужчина должен работать. Мужчина не должен лежать целыми днями», — говорил отец.
Но слова, которые на первый взгляд казались обычными, становились для Артёма ударом. С каждым днём давление росло.

Последняя капля

По словам следователей, вечером между ними произошёл разговор, который стал точкой кипения.

Геворг, вернувшись уставший с работы, нашёл сына рядом с пустыми бутылками и в полной апатии. Ему показалось, что парень снова выпивал, хотя Артём утверждал, что это не так.
Слово за слово — и разговор превратился в ссору.
Отец сорвался.
Сын закричал в ответ.

И в какой-то момент мост между ними — тот самый, который держался на последних нитях — оборвался.

Артём схватил отца за горло и с такой яростью начал душить, что тот потерял сознание.
Соседи уверяют, что если бы не их быстрые действия и не вовремя открытая дверь, трагедия могла завершиться необратимо.

Но самое ужасное — не это. Ужасно то, что причиной стала не просто ссора

Когда Артёма допрашивали, он сказал фразу, от которой следователи замерли:

«Он не слышал меня. Никогда. А вчера… вчера он сказал, что я ему больше не сын».

Эти слова стали последней, смертельной для психики, каплей.

Оказалось, что парень несколько месяцев находился в состоянии тяжёлой депрессии, но боялся обратиться за помощью. Он чувствовал себя никчёмным, потерянным, ненужным.
А отец, не понимая, что происходит, давил ещё сильнее, пытаясь «привести сына в порядок».

Но вместо поддержки — появился страх.
Вместо разговора — напряжение.
И в один момент всё оборвалось.

Сегодня состояние отца стабильное

Медики говорят, что он выжил чудом.
А Артёма отправили на психиатрическую экспертизу — его состояние оценивается как крайне нестабильное. Он то плачет, то молчит, то повторяет:
«Папа меня не слышал… я хотел, чтобы он услышал… хоть раз».

История, которая потрясла посёлок и весь регион, стала холодным напоминанием о том, что иногда самое страшное зло рождается не из ненависти, а из отчаянной, бесконечной тишины между людьми, которые должны были быть ближе всего.